Расстрел в московской школе и феномен возросшего насилия среди подростков комментирует Максим Викторович Иванов, учитель истории и обществознания «Державинского лицея», «Учитель года Карелии- 2012».
Публикация на эту тему вышла в федеральном номере газеты «Аргументы и Факты».
— Я преподаю в школе уже больше 9 лет, после окончания местной педагогической академии, и за это время насмотрелся всякого. Настолько много всего, что известие о расстреле в школе даже и не сильно удивило. Только подумал – ну вот и до нас добралась эта напасть. Мы помним расстрелы, которые бывают в США, помним, что совсем недавно тоже самое случилось в соседней с Карелией Финляндии, и зная социально-экономическую обстановку в стране удивительно даже то, что у нас это случилось только сейчас, а не намного раньше. До этого бывали – ножевые ранения, избиения учителей, но захват класса в заложники и стрельба по полицейским все-таки впервые. Не готов анализировать ситуацию, не владею всеми данными, но что-то у них, во взаимоотношениях ученика и педагога явно пошло не так.
... Конечно, определенные элементы принуждения в школе должны быть, и ученика иногда необходимо наказать, но я убежден, что учитель не имеет права ставить себя выше ученика, над учеником, как это в российской школе, к сожалению, часто наблюдается. Педагог должен понимать, что и дети изменились, и мир вокруг тоже изменился: на ребят обрушивается столько негатива, столько стрессов, что школа, на мой взгляд, должна играть как раз роль своего рода гавани спокойствия, место, где ученику комфортно, она должна защищать человека от агрессивных внешних аспектов жизни.
Но, увы, и внутри школы агрессии хватает, причем эта агрессивная среда появляется не из-за педагогов, а благодаря сложившейся на сегодня системе образования: все эти ЭГЭ и ГИА, гонка за отметкой и баллами, прямое поощрение конкуренции между школьниками, нацеленность на результат. Как итог: все забыли об ученике, забыли о том, что это очень сложный возраст, забыли о психологическом состоянии детей, о том, что школа, вообще-то, должна развивать и иные вещи: должна воспитывать, заниматься духовным развитием человека, помогать в формировании системы ценностей. Когда 11-е классы приходят Первого сентября в школу, то часто слышат от классных руководителей: всё, забыли про любовь-морковь и прочие эмоции, главное, что нужно – сдать экзамены. А как можно про эмоции забыть? Они же остаются и никуда не пропадают. Их просто давят, и давят все вместе – школа, учителя, общество, СМИ, родители. У меня сейчас два девятых класса и я вижу, что дети живут под постоянным прессом: не сдам итоговые экзамены – пойду в техникум – стану дворником – буду никем. А если – никем, то, значит, жизнь это боль, тлен, смысла в ней нет, и не наложить ли на себя руки? Но ведь это неправильно! Жизнь не заканчивается экзаменами. Ну, не сдал ты ЕГЭ, и что? Разве это помешает тебе самореализоваться в жизни? Сколько мы знаем «двоечников», которые вполне успешны, и отличников, которые не могут себя найти. Оценка – важна, но еще важнее личность человека, который выходит из школы.
К сожалению, сейчас мы живем в потребительском обществе, и образование сведено до уровня – услуги. На эту услугу есть социальный и государственный заказ. А как оценить качество услуги в потребительском обществе? Только цифрами, только в числовом эквиваленте. Отсюда и та гонка за результатами, которую устраивают и школы, и родители. Родители иногда еще больше педагогов поглощены этой гонкой за результатом. И такая система существует так или иначе с 2003-го года, и вот мы начинаем получать первые плоды, первое поколение, выросшее в этих условиях. И я не думаю, что современные дети стали более жестокими, чем их сверстники: раньше и животных мучили, и дрались школа на школу, и такие криминальные поступки совершали, что только руками развести... Все это, наверное, неизбежно, и школа может только корректировать такие проявления.
... У меня ведь тоже бывали конфликтные ситуации с учениками. До какой-то ненависти не доходило, но могли и резкое сказать. Бывало и смешное, когда ученицы хлопали дверью от того, что я новую прическу не оценил. А бывало, что и я был не прав. И мне приходилось перед учениками – извиняться. Меня это никогда не «ломало», я не считаю, что, извиняясь, ты унижаешься перед другим человеком. Наоборот – извинения тебя самого возвышают, а оппонента, напротив, обезоруживают.
Добавить комментарий