С чего начинается Родина?

Сепаратизм перепутали с патриотизмом — уверен журналист из Калевалы.

Как уже сообщалось ранее, депутаты Калевальского городского поселения приняли на второй сессии третьего созыва Герб и Флаг Калевалы, в основу которых лег герб не признанной Ухтинской республики, существовавшей здесь в 1918—1922 годах. Практически сразу же в Интернет-пространстве республики разгорелся идеологический спор по поводу правильности или неправильности выбора калевальских депутатов.

Я не буду здесь останавливаться на исторических оценках событий, происходящих в Карелии в 1918—1922 годах, об этом достаточно подробно написал в своей книге «Ухтинская республика» мой земляк, писатель Пааво Леонтьев. Как бы мы ни спорили, сколько бы копий ни сломали по поводу Ухтинской республики, каждая сторона спора останется при своей правде: у красных она одна, у белых — другая, у финнов — третья, у англичан — четвертая. Бесспорными будут только факты — карелы сами решили создать свое государство, они на это имели и моральное, и историческое, и конституционное право. Другое дело, как к этому отнеслись разные политические группы, пытавшиеся распространить свое влияние на Ухтинскую республику. И уже третий вопрос — как далеко зашли они в своем стремлении во чтобы-то не стало подчинить себе независимое государство.

Как известно, красные пошли дальше всех. Нет никаких оснований не верить красному командиру К.И. Соколову-Страхову, который в своем труде «Зимняя кампания в Карелии в 1921/22» г. (год выпуска -1927, Издательство: Военная типография Управделами Наркомвоенмор и РВС СССР) подробно описал детали войсковой армейской операции против Ухтинской республики, в которой были задействованы около 30 000 красноармейцев, несколько бронепоездов и отдельный авиаотряд. Уже по тому факту, что лыжи для этой армии собирали по всей России, можно судить по размаху операции.

Впрочем, это была именно та, первая Зимняя война, в которой красные понесли ощутимые потери и от действий карельских партизан, и от неумения воевать в условиях северных лесов, и от обморожения...

Впрочем, как я уже говорил, не об этом сегодня речь. Речь о том, что у каждой деревеньки, у каждого города и поселка, у каждого муниципального района или республики есть не только своя история. Есть еще и безусловное ПРАВО на эту историю. Да, у Олонца эта история иная, не такая как у Калевалы. Но разве кто-то оспаривает право Олонца на свою историю, на сохранение своих дат, вех и реликвий? Почему же кто-то все время стремится лишить северных карел своей истории? Почему люди, обладая убогим и скудным багажом знаний, всерьез бросаются в дискуссии по поводу экстремизма и сепаратизма, считают возможным высказывать свое мнение «против» принятых в Калевале символов? Многие из них даже приблизительно не представляют себе где расположена эта самая Калевала, чем известна и что вообще из себя представляет...

(герб Калевалы и Ухтинской республики)
Между тем, и об этом я не раз уже говорил, Карелия, как национальное образование, не заканчивается в своих северных границах, она как раз здесь начинается. Именно Калевальский район дал миру более 90 процентов всех карельских рун, собранных позднее Леннротом в эпос «Калевала»; дал республике всех столпов национальной литературы: Ортье Степанов, Яакко Ругоев, Антти Тимонен. Николай Яаккола, Пекка Пертту — они все уроженцы деревень нашего района. Калевальский район явил собой уникальное явление — создание независимого государства Ухтинская республика, чем, безо всякого сомнения, обогатил историю всей республики Карелия. Даже во время Великой Отечественной войны финны и немцы именно на Ухтинском направлении потерпели фиаско уже в 1941 году, их наступление продолжалось всего месяц, а то расстояние, которое оккупанты смогли преодолеть от границы — всего 70 с небольшим километров. Между тем, именно Vienan Karjala (Прибеломорская Карелия) имела для финнов колоссальное идеологическое значение, как колыбель национального эпоса.

Современный герб Карелии

В конце концов, достаточно вспомнить, что в 1993 году, при разработке и принятии государственных символов Республики Карелия, предложения по Ухтинскому Гербу и Флагу тоже звучали. И ведь именно Ухтинский герб стал прообразом Герба Карелии — это видно даже невооруженным глазом, это признавалось и признается публично. Следовательно, в своем гербе республика выразила и свою преемственность Ухтинской республики? Выходит, что так. И скажите мне теперь, где начинается Карелия и с чего начинается Родина?
Так откуда же такое неприятие узаконенных калевальскими депутатами Герба и Флага Калевалы, которые и по сути, и по праву нам принадлежат, как часть нашей истории? Откуда эти эпитеты, пугающие слух современного обывателя — сепаратизм, национализм, реваншизм? Что негативного в том, что Калевала, ее жители, коренное население стремятся к собственной самоидентификации, основанной на богатом культурно-историческом наследии этого края?

Республике надо бы гордится такими местами, как Калевала, Кижи, Олонец, Соловки, Валаам, использовать их нераскрытый пока еще никем потенциал, вкладывать деньги в развитие этих территорий. А что мы видим вместо этого? Национальные образования загнаны в такой тупик, который трудно даже представить, находясь в благополучных городах республики. В глубинке процветают коррупция, своячество, клановость власти, народ живет в страшной нищете и в долгах. У нас нет ничего: нет дорог, нет жилья, нет работы, нет денег. Хорошо в Калевале живут только некоторые предприниматели и люди служивые — муниципальные и государственные служащие, военные, полиция. Худо-бедно — медики и учителя. Все остальные живут в нищете. Это стыдно и страшно признавать, но это так. Стоимость жизни в Калевале близка к катастрофической: килограмм хлеба стоит более 40 рублей, литр молока — более 60, килограмм сахара — более 50. При самом низком уровне доходов населения в республике мы стали самым дорогостоящим местом для жизни. У народа отняли право жить достойно и хорошо. Национальная культура, литература, искусство держатся только на плечах отдельных энтузиастов, которые уже через 5-10 лет станут уходящим поколением. И не останется больше ничего. У народа уже отняли право на собственную культуру. Остается отнять право и на свою историю?

Я более чем уверен, что в 1918 году происходило нечто, очень напоминающее сегодняшнюю ситуацию в республике. Тогда в народе не применялись термины сепаратизм и национализм, никто не заявлял о праве наций на самоопределение, никто не стремился к власти ради власти. Народ в тех страшных условиях просто пытался выжить, уцелеть, сохранить свое физическое существование. Разве сегодня мы занимаемся не тем же?
Андрей ТУОМИ,
п.Калевала