По сообщению министерства по экологии и природопользованию Карелии, многие жители республики либо передавали древесину лесозаготовителям-подрядчикам в счет оплаты за заготовку и транспортировку к местам их проживания, либо пытались делать на этом бизнес, перепродавая её третьим лицам.

Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. статья 30 Лесного кодекса Российской Федерации дополнена частью 4.1 следующего содержания: «древесина, заготовленная гражданами для собственных нужд, не может отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами». Это означает, что купля-продажа, мена, дарение и иные сделки с древесиной, заготовленной для собственных нужд, с 1 февраля 2014 года являются недействительными в соответствии с нормами гражданского законодательства.

Данная норма распространяется на все договоры купли-продажи лесных насаждений, на основании которых граждане заготавливают древесину для собственных нужд, в том числе в отношении древесины, заготовленной до 1 февраля.

«Черных лесорубов» застали прямо на делянках, тут же находилась и незаконно заготовленная древесина. Размер причиненного лесам ущерба в результате преступных действий виновных лиц оценивается в несколько десятков миллионов рублей.

Во всех случаях заготовка древесины велась без оформления документов для рубки лесных насаждений. Специалисты министерства по природопользованию и экологии оформили все необходимые материалы и направили их в правоохранительные органы для принятия соответствующих процессуальных решений.

Проводить лотереи отныне запрещено даже региональным и муниципальным властям. Организатором лотереи могут являться только федеральные органы исполнительной власти, уполномоченные правительством Российской Федерации.

«Купание в голом виде, — говорится в документе, — нарушает право на сексуальное самоопределение соседей и пассажиров проходящих мимо круизных судов». А это может привести провинившегося дачника к штрафу или полугоду тюрьмы.

Против этого пункта в будущем законе восстают главным образом владельцы дачных домиков. В стране сотни тысяч озер и не меньшее количество дачных саун, насладившись жаром которых, финны с удовольствием окунаются в воду (зимой – в прорубь). Традиции – десятки веков.

Как сообщила 17 января столичная вечерняя газета Ilta-Sanomat, в проект закона внесена поправка, исключающая купание в озере у дачи из списка преступных «сексуальных действий». В соответствующем комментарии представителя Минюста говорится: созерцание соседями, прохожими или пассажирами судов обнаженных купальщиков нельзя считать нарушением их прав на сексуальное самоопределение.

Некоторые участники дискуссии, не особенно разбирающиеся в юридических терминах, по-разному трактуют сами слова «сексуальное самоопределение» (по-фински – seksuaаlinen itsemäärämisoikeus). В словарях разных языков оно переводится как «половое самосознание», «сексуальная неприкосновенность», а в английском — даже как seksual identity (сексуальная идентичность личности), что в психологии определяется как «сексуальная ориентация».

Документ с поправками передан на рассмотрение специальной комиссии парламента.

Согласно новому закону работодатель получает право проверить, сколько на соискателе должности «висит» кредитов и своевременно ли он их оплачивает.

Для этого им достаточно сделать запрос в Бюро кредитных историй. Правда, как прописано в законе, «выведать» все данные можно лишь с согласия работника. А вот информационную часть, которая включает в себя сведения о предоставлении кредита или в его отказе, а также о нарушениях по погашению, всегда, пожалуйста. А это, надо заметить, практически главные данные, которыми могут воспользоваться мошенники. Например, фирмы-однодневки.

«Подписание нового закона о кредитных условиях действительно породит возникновение волны различных мошеннических схем направленных против незащищенного населения. Доступ к информации, до настоящего момента считавшейся частной, еще больше подвергнет риску жизнь обычного гражданина», — комментирует для «МК» руководитель аналитического департамента ИК «Golden Hills-КапиталЪ АМ» Наталья Самойлова.

В Госдуму внесен соответствующий законопроект. Документ на рассмотрение парламента внесло Магаданское законодательное собрание. Инициаторы полагают, что подобные меры позволят уменьшить число граждан, уклоняющихся от прохождения военной службы, — передает ИТАР-ТАСС.

По данным карельского военкомата, на конец прошлого года от прохождения службы в республике уклонялось 1334 человека

Закон предусматривает обязательную регистрацию граждан по месту пребывания сроком свыше 90 дней. В противном случае, вводится административная ответственность за проживание без регистрации в виде штрафов.

Любопытно, что штрафовать намерены даже в случае, если у вас проживает незарегистрированным ближайший родственник — жена, мать, сын.

Как будут развиваться события в этом случае прогнозирует блогер Олег Козырев:

— В России много ситуаций, когда муж живет в квартире жены или жена живет в квартире мужа, не отменяя своей старой прописки в родительской квартире. Берем ситуацию, когда жена не прописана у мужа. Смотрим, кого и как накроет наказание:
— жену оштрафуют на нерегистрацию на сумму от 2 до 5 тысяч рублей
— мужа как собственника помещения оштрафуют на сумму от 2 до 7 тысяч рублей
и это еще не все, приступаем к самому интересному — уголовному наказанию . Оно наступает за «регистрацию в жилых помещениях на основании предоставления заведомо недостоверных (ложных) сведений или документов» — т.е. по сути — за указание в документах не места где вы реально живете, а места, где вы прописаны, например. Здесь у вашей жены будет штраф от 100 до 500 тысяч рублей либо заключение на 3 года

Решение было вынесено по Валааму и природному парку «Валаамский архипелаг». Одна из жительниц республики заявила, что создание этого объекта нарушило её права, так как в результате возник безусловный запрет на право распоряжаться земельными участками на острове, что противоречит Конституции Карелии. Конституционный суд с ней не согласился, хотя и указал на то, что в Положении о природном парке есть дефекты правового характера, который надлежит исправить.

Стоит ли это решение тех денег, которые были потрачены на содержание и функционирование этого судебного органа, аналогичного которому нет в целом ряде российских регионов, вопрос открытый.

1 января 2014 года в полную юридическую силу вступит закон «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Одно из главных требований новой системы — нормирование (ст. 19). Любой товар или услуга, который закупает орган власти, с одной стороны, должен своим «количеством, качеством, потребительскими характеристиками» позволять этим органам безупречно справляться со своими обязанностями, а с другой стороны, ни один товар не должен иметь «избыточные потребительские свойства» или быть «предметом роскоши».

Сейчас готовится пока лишь проект правительственного постановления, в котором «будут установлены общие правила нормирования», как сообщил «Ъ» замдиректора департамента развития контрактной системы Минэкономики Максим Чемерисов. Сами «предметы роскоши», по его мнению, можно исключить из госзакупок достаточно оперативно. Ведь очевидно, что машина класса люкс или «мебель, инкрустированная слоновой костью» — не предметы государственных или муниципальных нужд. Но «избыточными потребительскими свойствами» могут обладать, по словам господина Чемерисова, и «чрезмерно дорогие канцелярские принадлежности и оргтехника, цена которых никак не влияет на качество исполнения госслужащими своих задач». Для противодействия таким закупкам и потребуются «год или годы».

Многолюдный митинг, площадь заполнена людьми, флагами и транспарантами, но на фотографиях невозможно распознать ни одного лица, кроме ораторов на трибуне. Это в редакции поработали с фотошопом, чтобы читатель не смог понять, кто все эти люди, и какие у них политические взгляды. Главный православный праздник страны, собор наполнен верующими, но телеоператор снимает только священника на амвоне. Молящихся прихожан по телевидению никто не увидит, потому что СМИ не имеют права рассказывать об их принадлежности к христианской вере… Нет, я наверное брежу. Все это плод моего воспаленного воображения. Но у меня такое ощущение, что в нашей стране самые дикие фантазии в любой момент могут стать реальностью.

С 1 октября в России вступил в силу закон о запрете распространения информации о частной жизни. Правозащитники и журналисты в шоке. Говорят, что теперь придется поставить крест на любых попытках рассказать в СМИ о коррупционных преступлениях. Ведь чиновничьи особняки за границей – это их частная жизнь. Но меня больше поразил другой запрет, который содержится в этом законе.

Теперь СМИ не имеют права публиковать данные «о расовой, национальной принадлежности, политических взглядах, религиозных или философских убеждениях» любого человека. За исключением тех случаев, когда он сам дал разрешение на такую публикацию. Если этот пункт закона трактовать с маниакальным педантизмом, то его последствия могут быть непредсказуемыми. И таких педантов, готовых довести до абсурда любую идею, долго искать не придется. Было бы желание, а повод придраться к СМИ теперь всегда найдется.
Картинки с религиозного праздника или партийного митинга, это конечно, фантазия. Но, если следовать букве закона, то любой из участников массовых акций может заявить, что не давал права СМИ ставить его фамилию в список сторонников политических или религиозных взглядов. Даже если у него в руках серп, молот и православный крест.

Как в таких «ежовых рукавицах» будут работать СМИ, трудно представить.

Вы помните, сколько было шума вокруг массовой драки и погромов в Кондопоге в 2006 году? Вы помните, кто в них участвовал, и как они объясняли причины произошедшего? Я тоже помню, но теперь говорить об этом не имею права. Уже тогда правоохранительные органы и представители некоторых этнических диаспор были очень недовольны тем, что СМИ называют национальность участников тех событий. И вот пишу я судебный репортаж, цитирую высказывания подсудимых, свидетелей, потерпевших и адвокатов. А у них что ни слово, то, по новому закону, запрещенное. Если бы этот закон действовал уже тогда, то о «кондопожских событиях» я бы не смог написать ни строчки. А если бы и написал, то это выглядело бы примерно так. «Подсудимые признали себя виновными в уничтожении имущества потерпевших. На вопрос, почему они это сделали, обвиняемые дали ответ, опубликовать который запрещает закон».

Или, помните историю казанских сектантов, загнавших себя и своих детей в подземелье в ожидании конца света? Если бы это случилось сейчас, то мы бы ни за что не поняли мотивы их поступка. Объяснение этому кроется в их религии, но говорить о ней теперь запрещено.

Но самый потрясающий запрет, который содержится в законе — это запрет на «распространение информации о философских взглядах» любого человека. Идет, например, премьера нового фильма знаменитого режиссера, восторженные поклонники делятся с журналистами размышлениями о глубоком философском смысле очередной картины. И все эти слова вырежут из репортажа. Каких взглядов на жизнь придерживается автор фильма, рассказывать запрещено.

Или, скажем, написали вы книгу. А какой-то литературный критик разругал ваше произведение, в котором он разглядел гремучий философский коктейль «трансцендентального с экзистенциальным». Теперь за такие слова можно не бить по морде, а идти в прокуратуру.

С каждым днем список тем, о которых разрешено писать, сжимается как шагреневая кожа. То, что еще вчера казалось абсолютно безобидным, сегодня расценивается как преступление. Причем, абсолютно на законных основаниях. Нам запретили писать почти обо всем, из чего состоит жизнь человека. Разве что кулинарные пристрастия забыли. Или это тоже относится к «частной жизни»? Глядя на это сжимающееся кольцо, я раньше думал, что если уж совсем «припрет», то буду пробавляться статейками о чьих-нибудь «философских убеждениях». Теперь запретили даже это.

Алексей Укконе, публицист